3.3. О МЕДИЦИНСКИХ
ЗАКЛИНАНИЯХ
Библиотека Ашурбанипала содержала собрание заклинаний и
описания обрядовых действий под общим названием «Когда в дом больного
заклинатель идет». Иногда в процессе обряда врачевания делали из глины или
воска статуэтку, изображавшую больного или «преследовавших» его призраков.
Важную роль в обрядах играли магические круги, которые врач очерчивал вокруг
больного, магические числа (3 раза, 7 капель и т.д.), предсказание
критических дней выздоровления («его болезнь уйдет», «он поправится и будет
жить») или обострения болезни.
Если у врача не было надежды на выздоровление больного, он
удалялся, не начиная лечения, следуя предостережению: «Этот человек под
опасным влиянием, не приближайся, к нему». Возможно, это связано с первыми
представлениями о заразных болезнях. Вот пример такого неблагоприятного
прогноза: «Если человек так страдает от желтухи, что его болезнь дошла до
центра глаз... этот человек болен, весь болен, он протянет недолго и умрёт».
В таких случаях врач «не протягивал своей руки» (это выражение впоследствии
перешло в греческую медицину). В медицинских заклинаниях часто упоминаются
имена богов. Вот заклинание против зубной боли. Болезни и разрушение зубов
вавилоняне объясняли наличием червя, который поселился и растет в зубе.
«Когда бог Ану создал Небо,
Небо создало Землю,
Земля создала реки,
Реки создали каналы,
Каналы создали ил,
Ил создал червя.
И пошел червь, при виде Солнца он заплакал,
Перед лицом бога Эа пришли его слезы:
«Что дашь ты мне для моей еды?
Что дашь ты мне для моего питья»
«Я даю тебе дерево, которое гнило,
И плоды этого дерева».
«Что мне гнилое дерево и плоды этого дерева?
Дай мне гнездиться внутри зуба.
Его дупло дай мне в жилище.
Из зуба высосу я его кровь».
«Так как ты сказал это, червь,
То пусть побьет тебя бог Эа силою рук своих.
Это будет заговором против зубной боли.
При этом измельчи листья белены
И замеси с древесной смолой.
Это ты засунь в зуб и трижды повтори этот заговор»
Исторические параллели:
Представление о черве, который поедает больной зуб,
существовало в медицине многих стран в течение тысячелетий. Греческие и
римские врачи объясняли кариес неправильным питанием, порчей ротовой слизи
или действием зубного червя. Индусы и арабы видели причину зубной боли в том,
что червь шевелится в дупле зуба. Европейские врачи утверждали в медицинских
трактатах XVI—XVIIстолетий, что видели зубных червей своими глазами, и
подробно их описывали. Немецкий профессор медицины в XVII в. сообщал, что ему
удавалось извлекать из зуба животных величиной с дождевого червя с помощью
желудочного сока свиньи. Его итальянский современник и коллега объяснял
происхождение зубных червей тем, что они развиваются из личинок мух,
попадающих в дупло больного зуба вместе с пищей. В русском лечебнике конца
XVIII в. можно прочесть такую рекомендацию от зубной боли: «возьми сору из
подполья и усей мелко, столько же сажи с чела'и разведи водою не жидко и
разжигая камень, клади тут, а с больными зубами сиди над тем паром долго,
голову окутав, и черви выпадут все в ту воду». Позже традиционный образ червя
в искусстве врачевания зубов был связан с необходимостью удалить нерв
больного зуба. Эта процедура называлась «схватить червя за ногу», «вытащить
червя из больного зуба».
В древних заклинаниях часто соединялись вместе
представления о происхождении мироздания, молитвенные формулы и лечебные
рецепты. В качестве основы для лечебной пасты часто упоминается белена. Ее
применяли для избавления от зубной боли в Египте, Греции, Риме и странах
Европы до Нового времени. Римляне называли белену «зубная трава» (лат. — «herba
dentaria»),
В медицине Месопотамии сохранению зубов придавали большое
значение. «Если кто выбъет зуб у равного себе, то и ему следует выбить зуб» —
гласят законы Хаммурапи. К заболевшим зубам и деснам прикладывали пасты и
растворы, которые снимали боль и способствовали выздоровлению.
Исторические параллели:
Обратим внимание на первую часть заклинания (с. 58—59),
где говорится о зарождении жизни в воде: «небо создало реки, реки создали
каналы, каналы создали ил, ил создал червя». Такие представления были свойственны
древним, культурам разных народов. Шумеро-вавилонские и египетские предания
повествуют о первоначальном состоянии Вселенной в виде водной бездны, в
которой впервые появились разумные существа с телом рыбы. Мифы Древнего Китая
рассказывают о первых жителях Земли, похожих на людей-рыб. Лица у них были
человечьи, а туловища рыбьи. Они имели крылья и поэтому могли передвигаться
не только в воде, но и в облаках. В вавилонском мифе о Гилъгамеше его предки,
обитающие в царстве мертвых, удивлялись виду его рук, не имеющих перепонок
между пальцами.
Кроме того, в этом клинописном тексте заклинания отражено
одно из самых ранних представлений о «самозарождении» насекомых и мелких
животных из влажного ила: «ил создал червя». Такие взгляды сохранялись в
медицине и биологии тысячи лет. Их разделял и Аристотель (We. до н.э.) — великий
греческий философ, которого считают основателем биологической науки. Вот
пример его рассуждений о самозарождении угрей: «Есть болотистые пруды, где
они возникают вновь, когда вода и ил удалены и дождь вновь наполняет эти
пруды. Ибо угри происходят из дождевых червей, которые образуются сами из
ила». В трактатах Древней Индии все живые существа делятся на «рождающихся из
ростка» (растения), «рождающихся из яйца» (рыбы, земноводные, змеи, птицы),
«живородящих» (млекопитающие) и «рождающихся из пота» (насекомые, черви и
мелкие животные, которые рождаются из «по/па земли»). Средневековые индийские
и арабские комментаторы этих трактатов отмечали, что лягушки рождаются прямо
из земли, а муравьи способны появляться на свет тремя путями: либо из яйца,
либо из влаги, либо из земли.
В средневековой Европе было распространено поверье о том,
что тараканы появляются из кухонных отбросов, моль — из шерсти, а львы — из
камней в пустыне. Вот рецепт европейского алхимика XVII столетия: «Если
наполнить открытую бадью пропотевшим нижним бельем и добавить немного
пшеницы, то... пшеница примерно через 21 день превратится в мышь». Как видим,
здесь для самозарождения животных необходимо присутствие растения,
как и в следующем рецепте: «Выдолбите углубление в
кирпиче, положите в него истолченной травы базилика, положите на первый
кирпич второй так, чтобы углубление было совершенно прикрыто, выставьте оба
кирпича на солнце и через несколько дней запах базилика, действуя как
закваска, видоизменит траву в настоящих скорпионов». Натурфилософские
трактаты средневековья и Возрождения сообщали читателям о том, что
«видоизмениться» в животных способна не только истолченная трава или зерна
пшеницы, но и живое дерево, на ветвях которого могут произрастать рыбы, птицы
и даже млекопитающие.
Проблема самозарождения животных была предметом
исследования натурфилософов, биологов и врачей в течение столетий. Франческо Реди
(1626-1697) — итальянский врач, поэт и ученый, член флорентийской «Академии
опыта», в своей работе о мясной мухе (1668) описал опыты по зарождению мух в
гниющем мясе. Они появлялись лишь в том случае, когда горшок с мясом не был
затянут кисеей, означит, личинки мухи могли попасть внутрь. Реди делает вывод
о том, что самозарождение животных невозможно. Казалось, вопрос был решен.
Почему же эта проблема вновь возникла в науке середины XIX века и
превратилась в «проклятый вопрос», за решение которого Парижская академия
наук назначила премию?
Это было связано с усовершенствованием микроскопа,
развитием микробиологии и изучением микробов — «невидимых существ», которые, как
оказалось, находятся повсюду. Признавая самозарождение абсурдным, многие
биологи и врачи того времени не сомневались в самозарождении микробов, для
которого, по их мнению, нужны были особые условия и присутствие
«производительной силы». Вот один из их доводов: «Если все микробы
зарождаются от микробов, то в воздухе этих зародышей было бы видимо-невидимо!
Тогда воздух представлял бы собой нечто непрозрачное, среду, напоминающую
туман! А может быть, он обладал бы плотностью твердого вещества. Но мы этого
не наблюдаем».
Вопрос о самозарождении микробов разрешился только в
работах Л.Пастера (1822—1895). В его музее в Париже находится «колба Пастера»
— хрупкое стеклянное сооружение с причудливо выгнутым носиком. Более 100лет
назад в нее налили молодое вино. Оно не скисло до сих пор, хотя носик колбы
не запаян: микробы, которые находятся в воздухе, не могут преодолеть высокий
изгиб стеклянной трубки и застревают в нем.
Заканчивая рассказ о решении проблемы самозарождения
микробов, уместно вспомнить о том, что уже за столетие до открытия Пастера, в
конце XVIII в., ученые споры послужили причиной удивительного изобретения. XVIIIвек
недаром называют «веком Просвещения», интерес к научным проблемам охватил
тогда многие слои общества. Слова о том, что «микробы не заводятся в
прокипяченной и запаянной в бутылочке» жидкости, произвели глубокое
впечатление на повара по имени Франсуа Ап-пер. Вместо стеклянных колб он
использовал жестянки и запаивал в них вареное и жареное мясо после кипячения.
Через несколько месяцев Аппер вскрывал жестяные банки и убеждался в том, что
их содержимое вполне пригодно к употреблению. Проведя много подобных опытов,
он обратился в Общество поощрения искусств в Париже. Была назначена комиссия,
члены которой должны были съесть и оценить обед из нескольких блюд: мясо с
соусом, крепкий бульон, зеленый горошек, бобы, вишни и абрикосы. Начинали
есть со страхом: прошло 8 месяцев с тех пор, как эти продукты были запаяны в
жестянки. Комиссия нашла обед замечательным и признала изобретения Аппера.
Так появились первые консервы. Изобретатель получил от Наполеона премию в 12
тысяч франков, построил консервную фабрику и написал первую в мире книгу о
консервировании.
|
