Как быть с патологическим
упрямством
Если про застенчивость можно сказать, что среди родителей,
обращающихся к нам за консультацией, это самая популярная «основная» жалоба,
то упрямство, пожалуй, занимает первое место среди побочных. Упрямятся
практически все дети: и застенчивые, и агрессивные, и боязливые, и, конечно
же, мутисты. А бывают и такие упрямые ослики, такие «мальчики наоборот», у
которых негативизм выходит на первый план и заслоняет собой все остальное.
«Что бы ему ни предлагали (даже приятное!), на все один
ответ: «Не хочу и не буду!..» (Из рассказа одной мамы.) И в таких случаях
появляется соблазн — с агрессией! — говорить о немотивированном упрямстве или
об упрямстве как о независимом, ведущем симптоме, а если вспомнить наш
термин, то как о патологической доминанте.
Но прежде чем перейти к патологии, давайте обратимся к
норме. В определенный период развития ребенка упрямство, которое заставляет
взрослых хвататься за голову и бежать к психологу, а то и к психиатру,
совершенно нормально. Это так называемый воз-. растной негативизм. В первый
раз он овладевает ребенком (да-да, именно овладевает, как стихия!) где-то
между четырьмя и пятью годами. Малыш вдруг непонятно почему начинает все
делать наперекор. Родители тянут его в одну сторону — он идет в другую.
Только что он требовал яблоко, а не успев получить, яростно мотает головой в
знак отказа. Плачет из-за того, что не может правильно сложить конструктор, а
когда предлагаешь ему помощь и подсказку — решительно ее отвергает.
Родителям кажется, что ребенка подменили:
— Был послушный, покладистый, никогда никаких проблем, а
сейчас как будто бес в него вселился!
Этот бес называется утверждением своего «Я». У ребенка
появляется потребность четко обозначить границы себя. Позитивно он утвердить
свою личность пока не в состоянии и идет от противного: «Вы — так, а я —
наоборот!» Или даже еще интереснее: «Только что я хотел так, а сейчас хочу
наоборот!» Тем самым он как бы подчеркивает, что его личность не просто
отдельна, не просто суверенна, а разнообразна и динамична.
Конечно, этот период очень труден для родителей, но они
должны помнить, что, во-первых, он скоро пройдет, а во-вторых, пройдет, не
оставив дурных последствий в том случае, если отнестись к нему терпеливо и с
пониманием. Не сердимся же мы на детей,
когда они капризничают при высокой температуре!
Считайте, что у вашего ребенка временно повышен градус
упрямства. И главное, не пытайтесь пятилетнего втиснуть в «штанишки», которые
он носил в три года! Да, горячка своеволия пройдет, но уровень воли повысится
необратимо. Напротив, старайтесь себя приучить к новым отношениям с ребенком,
дайте ему максимум самостоятельности, причем именно такой, к которой он
стремится. А то большинство родителей понимают под самостоятельностью умение
одеваться и раздеваться без помощи взрослых, но далеко не все дети хотят
именно этого.
Они часто хотят другого: возможности волевого выбора. Дети
жаждут сами решать, куда пойти на прогулку, что надеть, что съесть, к кому
пойти в гости. А родители по старой привычке все это им диктуют. И если
стоять на своем, во что бы то ни стало переламывая детское упрямство, можно
получить в итоге разнообразные неприятные результаты. Например, своеволие
может перейти в хроническую форму. Или наоборот, воля ребенка будет
подавлена, он станет безынициативным, неспособным к творчеству и даже к
принятию очень простых самостоятельных решений.
Часто такие дети не могут ответить практически ни на один
вопрос, не оглянувшись на маму или на бабушку. Спросишь: «Какая у тебя
любимая еда?», а он с растерянной, беспомощной улыбкой поворачивается к
сидящему рядом взрослому.
Второй пик негативизма гораздо более известен. Он
приходится на подростковый возраст. И в нем много не только упрямства, но и демонстративности.
Теперь дети стремятся не отпочковаться от нас, а сравняться с нами. Однако
они уже способны сопоставить свои возможности с возможностями взрослого и в
честной конкуренции могут потерпеть фиаско, ведь взрослые превосходят их
интеллектуально, социально, наконец материально! Поэтому без гонора,
упрямства, нахрапа исход такого состязания предрешен. А выигрыш так желанен!
Так важен для самоутверждения! И здесь как раз умно поступает тот взрослый,
который проявляет строгость. Подростковый бунт неизбежен, но лучше, когда он
остается бунтом местного значения, а не перерастает в «мировую революцию».
Сталкиваясь с подростковым негативизмом, вроде бы логично
постараться снять почти все запреты, предоставить детям (как и в пять лет)
максимальную самостоятельность. Но как ни парадоксально, это лишь подольет
масла в огонь, и пожар разгорится еще сильнее. Порой вам будет казаться, что
подросток сознательно нарывается на запрет. Вы расширяете границы его
владений, а он хочет завоевать все новые и новые территории. Вы разрешаете
ему поехать одному к бабушке за город, а он через неделю требует отпустить
его с друзьями на юг. Вы позволили дочери подкрасить губы, а она не замедлила
воткнуть три серьги в одно ухо и выкрасила волосы в морковный цвет.
Повторяем: подростковый бунт неизбежен и все равно
состоится, потому что он направлен не против того или иного запрета, а против
взрослого. Поэтому запрет в мелочах — в какой-то степени гарантия безопасного
бунта. Это как бы латы, доспехи, броня. И тут еще один парадокс. Надевает их
взрослый, а защищают они... ребенка.
За примерами далеко ходить не надо. В чем проявлялась
«подростковая фронда» в недавние времена, когда старшеклассники обязаны были
ходить в школьной форме, не носить колец и серег, не краситься, не курить?
Девочки надевали в школу юбку и свитер, а мальчики курили на заднем дворе или
в туалете и чувствовали себя героями. Это самые смелые! Остальные же
подражали им в мечтах. Бунтарская потребность была насыщена и, заметьте,
какими скромными средствами, какой «малой кровью»! А спасибо за это надо
сказать ханжеским и абсурдным, на первый взгляд, строгостям «застойной»
школы.
Что же сейчас? Школьную форму отменили. Хочешь — в
мини-юбке ходи, хочешь — в брюках, хочешь — в лосинах (за которые 20 лет назад
девочку наверняка бы выгнали из школы!). Вроде бы хорошо, да только
переходный возраст никакими либеральными указами не отменишь. Потребность в
бунте ищет своего выражения. И находит, прибегая, увы, отнюдь не к таким
невинным средствам, как раньше. Конечно, и раньше всякое бывало, но мы
говорим сейчас о тенденции, а она вполне определенная и не внушает оптимизма.
Растет детская преступность, наркомания, количество
школьных абортов, ранних сексуальных извращений. Списывать это на «тяжелую
жизнь», по меньшей мере, смешно. (В войну жизнь была тяжелее...) И такая
тенденция прослеживается везде. Вспомните телесериал и книгу «Твин Пике». Там
весьма красноречиво говорится о том, чем занимаются старшеклассники
провинциального американского городка, где им позволено все... Ну, или почти
все.
Значит ли это, что жизнь подростка следует превратить в
тюрьму? Безусловно, нет, но не торопитесь назвать глупыми и абсурдными многие
традиционные ограничения. Разумеется, в конечном итоге дело родителей решать,
позволить или не позволить двенадцатилетней дочери накрасить губы и налить
или не налить пару рюмок сухого сыну-восьмикласснику. Только не забывайте,
что за первым шагом неизбежно последует второй и третий.
* * *
А теперь вернемся к детям нервным. Почему упрямство встречается
у них так часто?
По нашим наблюдениям, нервно-психические отклонения
теснейшим образом связаны с нарушениями воли, с волевым дисбалансом. У
застенчивых невротиков воля нередко бывает подавлена, у гиперактивных,
демонстративных и конфликтных (а среди них могут быть не только невротики, но
и психопаты) личная воля вступает в противоречие с волей социума. А можно
встретить сочетание какой-то механической, неестественной покорности со
спорадическими «выбрыками» в самых неожиданных ситуациях (этим часто
отличаются шизофреники).
Под таким углом зрения интересно взглянуть на некоторые
невротические симптомы: тики, подергивания, заикание и проч. Создается
впечатление какой-то децентрации воли. Она (воля) словно перемещается «на
периферию». У заики упрямится речевой аппарат, у ребенка, страдающего тиками,
проявляют своеволие глаза, рот или плечи (когда он то и дело поеживается).
Органы как бы начинают жить своей отдельной, неподконтрольной разуму жизнью.
Иногда кажется, что это некая компенсация: центральную волю подавили, а она
разгулялась по окраинам.
Множество раз мы в своей работе наблюдали, как по мере
гармонизации личности у ребенка исчезают непроизвольные подергивания, запинки
в речи, энурез и одновременно укрепляется воля: он становится более усидчивым,
собранным, терпеливым, целеустремленным, не разбрасывается, доводит начатое
дело до конца, ему больше не в тягость школьная нагрузка.
И все-таки какие мотивы стоят за упрямством? Самые разные:
от неуемной жажды лидерства до болезненного страха или ревности. Приведем два
интересных, на наш взгляд, случая.
Первый случай — Арсюша. Он был крупным (в шесть лет
выглядел семилетним), физически сильным. При взгляде на него можно было
заподозрить все что угодно: стремление главенствовать, повышенную агрессивность,
чудовищную избалованность. Но только не страх! И мать в анкете на вопрос о
страхах поставила прочерк.
Она жаловалась на упрямство сына. И действительно,
упрямство Арсюши было непоколебимым. Он упрямился по любому поводу. И ничего
с ним нельзя было поделать — хоть тресни! На последнем занятии в самый
напряженный момент он наотрез отказался участвовать в коллективном действе,
отлично понимая, что от него сейчас зависет все остальное. Это был единственный
подобный случай за всю нашу практику! Дети всегда, как бы им ни было трудно,
с нетерпением ждали участия в финальной сцене придуманной нами театральной
игры «Собачья планета». Еще бы! Ведь им предстоит расколдовать прекрасного
принца!..
Но тщетны были просьбы детей, уговоры взрослых, мольбы и
слезы феи — невесты принца. Арсюша сидел набычившись и твердил только: «Нет.
Нет. Нет.»
Он выдержал до конца. Зато не выдержала его мама — тоже,
кстати говоря, упрямая и очень скрытная женщина. Все два месяца, что длились
занятия, она на многочисленные расспросы ухитрилась ничего не сообщить нам о
своей семейной ситуации. Но тут позор сына так на нее подействовал, что когда
все ушли, она разрыдалась и наконец сказала правду. А правда была поистине
горькой: сына она родила без мужа, родители ее за это всячески третировали,
обвиняя во всех смертных грехах, соседи буквально не давали ни ей, ни
мальчику прохода, а один сосед, хронический алкоголик, просто их
терроризировал и однажды, вломившись в квартиру, зверски избил ее на глазах у
ребенка.
Конечно, мать знала о страхах сына, но боялась, что такая
информация неизбежно повлечет за собой расспросы о ее семейном положении.
Наверно, не надо долго объяснять, что если бы мы знали, в чем тут дело, мы бы
совершенно иначе строили свою работу с Арсюшей.
Но нет худа без добра. Теперь, сталкиваясь с ярко
выраженным упрямством, мы среди прочих мотивов предполагаем и страхи. Даже
если они практически никак не манифестируются.
Случай Левы совсем из другой оперы, но он тоже прибавил
нам печального опыта.
У этого восьмилетнего мальчика было кроткое, даже
просветленное выражение лица. При взгляде на невротиков редко можно сказать,
что они созданы для радости, но у Левы было именно такое лицо. Мать же была
воплощением скорби. Скорби и жертвенного подвига. Еле слышно, как будто у нее
не хватило сил подать голос, она жаловалась на упрямство Левы. По ее словам
выходило, что его ничем не проймешь, что он безжалостен к ней — измученной
женщине, вдове, вынужденной в такое нелегкое время одной растить ребенка.
А мальчик на занятиях кротко улыбался, первым бежал к
ширме показывать этюды и делал все, о чем бы его ни попросили. Довольно
сильное заикание Левы с каждым разом все уменьшалось.
Насторожило нас вот что. Помня историю с Арсюшей, мы
предположили у Левы страхи. Догадка подтвердилась: Лева боялся оставаться
ночью один. А мать регулярно уходила на ночные дежурства. Мы, естественно,
предложили ей поменять работу, и это было в данном случае возможно. Она
отказалась.
Да, это настораживало, однако мы представить себе не
могли, какие шекспировские страсти кипели в душе этой хрупкой женщины.
Правда, она призналась, что замуж ее почти насильно выдали родители, мужа она
не любила, отношения были сложные, брак — несчастливый. Наконец, она приняла
решение о разводе, но тут выяснилось, что муж смертельно болен. Стиснув зубы,
она осталась, чтобы ухаживать за ним... но ненависть тоже осталась. И обрела
новую силу.
Сегодня эта ненависть окрашивала ее память о покойном.
Зная все это, логично было предположить, что она пытается найти утешение в
сыне, у нее ведь больше никого нет.
К концу первого цикла занятий дела у Левы существенно
наладились, но мы решили закрепить результаты и предложили ему участвовать в
лечебном спектакле. Нам показалось, что и маме будет полезно немножко побыть
актрисой. Она, будучи еще совсем не старой женщиной, давно махнула на себя
рукой и пребывала в состоянии хронической меланхолии, что, естественно, ее не
украшало.
Мы предложили ей сыграть роль нежной, любящей матери в
нашей пьесе по сказке «Серая Шейка». Эту пьесу, написанную в свое время для
профессиональных кукольных театров, мы адаптировали сообразно психоте-раптическим
задачам и, конечно, детским возможностям. Так вот, одним из персонажей в
пьесе была взрослая Серая Шейка — мать двух утят.
Дальше произошло нечто непредвиденное: мать Левы страшно
возмутилась в ответ на наше предложение и устроила форменный скандал. Мы и не
предполагали в ней такую силу голоса!
Мальчик, которому страстно хотелось не просто играть, а
играть вместе с матерью (он выбрал роль утенка-сына), был потрясен и подавлен
ее отказом. Но она была неумолима, а когда Лева стал хныкать, уговаривая ее
все же согласиться на роль, вдруг набросилась на него как разъяренная фурия и
ударила по лицу. Потом скомандовала: «Домой! Сейчас же домой!» И тут мы
впервые увидели, как Лева упрямится: он ни за что не хотел уходить. «Слезы
были больше глаз», по выражению Цветаевой, но стоял насмерть. В конце концов
она увела его насильно.
Эта картина еще долго стояла у нас перед глазами. Мы
думали, вспоминали, сопоставляли... И наконец, догадались! Лева был безумно
похож на покойного отца, и мать нам об этом говорила, но мы пропустили такую
важнейшую в данном случае деталь мимо ушей. Сходство и сыграло роковую роль в
ее патологическом отношении к сыну. За жертвенной заботой и неукоснительным
выполнением материнского долга таилась ненависть. Хочется верить, что не
вполне осознанная.
Как-то уж слишком жутко предположить, что эта женщина
испытывала садистическое удовольствие, оставляя мальчика одного в пустой
квартире, где недавно умер его отец. А пресловутое Левино упрямство... Оно
было, согласитесь, вполне естественной реакцией на необъяснимые для него
агрессивные вспышки матери.
Да, мы еще раз убедились в том, что столь любимый нами
афоризм Ларошфуко: «Внешность обманывает только дураков» (который, кстати,
должен был бы стать одним из девизов людей, профессионально работающих с
человеческой психикой!) — совершенно справедлив. Лева с его прелестной
внешностью на самом деле был создан для радости. Но увы!..
* * *
Многократно сталкиваясь с проявлением упрямства у наших
пациентов, мы пришли к выводу, что оно никогда не бывает патологической
доминантой, а лишь следствием, лишь производным симптомом. Поэтому и работать
с ним отдельно стоит лишь иногда: либо если имеешь дело с малышом, либо когда
речь идет о ребенке с не очень развитым интеллектом. Упирать в таких случаях
нужно на нелепые, смешные стороны негативного поведения и одновременно
демонстрировать несмышленышу, что, упрямясь, он много теряет, лишает себя
массы приятных вещей, а также подвергается опасностям.
Вот несколько этюдов.
1. Выйдя на прогулку, собака заартачи
лась, не желая идти в ту сторону, куда звал ее
хозяин, а пошла в противоположную. Там
оказалась страшная грязь, она вся измаза
лась, пришлось вернуться домой. Потом вы
яснилось, что там, куда хотел пойти хозяин,
был цирк-шапито, где показывали... (и пере
числить как можно больше захватывающих
цирковых номеров, демонстрируя на ширме
какие-то детали, скажем, слона, обезьянку,
клоуна.)
2. Хозяин привел собаку на собачью вы
ставку, где нужно было сделать... (перечис
лить, что именно), но прийдя туда, она наот
рез отказалась от участия, хотя согласилась
остаться в качестве зрителя. Каково же было
ее огорчение, когда она увидела, какими ме
далями и призами наградили собак-победите
лей! (Показать.) А потом и всем остальным
участникам выставки вручили разные чудес
ные подарки... (перечислить как можно боль
ше любимых ребенком вещей).
3. Однажды, когда хозяин и собака были
на прогулке, им нужно было перейти улицу.
Хозяин велел собаке стоять смирно, дожида
ясь зеленого света, но собака заупрямилась и
пошла на красный. В результате она чуть не
попала под машину, а к хозяин}' подошел ми
лиционер, отвел в милицию и оштрафовал.
Это как раз были все те деньги, на которые он
собирался купить собаке... (мороженое, ба
нан, шоколадку и т.п.)
Разумеется, градус упрямства у разных детей разный.
Интересно, что очень покладистые, кроткие дети в каких-то вопросах проявляют
поистине ослиное упрямство. И его нужно уважать как хрупкий оплот
независимости и достоинства.
А вот упрямству мутистов потакать не следует!
В целом же психоэлевацию упрямства можно представить
следующим образом: устранив или сгладив причины, порождающие недостаток, надо
стремиться перевести его на качественно иной уровень и превратить в упорство.
(Этот момент у нас даже отражен в лечебной пьесе-сказке «Мальчик с опущенной
головой». В данном случае речь идет о детях, упрямство которых является, кроме
всего прочего, одной из составляющих характера.)
А упорство, согласитесь, не такая уж плохая черта!
|